Липкий мотив: почему музыка захватывает наш мозг и «застревает» ли в нём классика?

Вы крутите в голове одну и ту же строчку из навязчивой песни уже третий час? Поздравляем, вы стали «жертвой» явления, которое учёные называют непроизвольными повторяющимися музыкальными образами, а в народе — просто «ушным червём» (калька с ёмкого английского earworm). Это спонтанное, непроизвольное, цикличное воспроизведение музыки в сознании, когда вокруг царит полнейшая тишина. Почему наш мозг превращается в заевшую пластинку? И правдива ли идея о том, что застревать способна только незамысловатая попса с простой аранжировкой?

Музыкальный рацион: мы то, что мы слушаем

Проблеме ушного червя за рубежом посвящено неожиданно много научных трудов, поэтому мы можем поговорить об этом феномене, опираясь на авторитетные исследования (прямо как в игре «Потолкуем? Наука», где игроки решают насущные проблемы с помощью научных открытий). Долгое время считалось, что главным виновником музыкального «застревания» выступают сами свойства трека: быстрый темп, примитивный мотив или агрессивная повторяемость. Однако современная наука опровергла этот взгляд. Исследователи Липтак, Омиджи и Флориду в 2021 году доказали: ключевой триггер — это не столько темп или структура песни, сколько наш личный слушательский опыт.

Анатомия «заедания» и суперспособности памяти

Исследуя феномен, Алан Бадли и Грэхэм Хитч заключили, что в его основе лежит работа непроизвольной слуховой памяти и фонологической петли рабочей памяти. Когда музыкальный фрагмент активируется из-за недавнего прослушивания или ассоциации, мозг запускает процесс «внутреннего пения». Мы бесшумно (а когда совсем потеряем бдительность, возможно, и «шумно») артикулируем слова или интонации, а механизм повторения снова и снова освежает этот фрагмент в сознании. Образуется замкнутый нейронный цикл, в котором память самоподдерживается за счёт задействования нашего же речевого аппарата.

Самое удивительное — насколько филигранно мозг справляется с этой задачей. Как показало исследование Дэниела Левитина в 1994 году, люди даже без музыкального образования и абсолютного слуха способны с феноменальной точностью воспроизводить тональность и темп навязчивой песни. Эксперименты доказали, что в подавляющем большинстве случаев человек напевает застрявший трек с точностью до полутона, попадая в оригинальную высотную настройку и ритм записи. Получается, наш мозг фиксирует сложнейшие акустические детали гораздо точнее, чем мы предполагаем.

Без слов или с текстом: битву выигрывает вокал

Происходит ли музыкальное «заедание» исключительно с вокальными треками или инструментальная музыка без слов тоже на это способна? Оказывается, способность проникать в подсознание свойственна обоим типам. Но у песен с текстом есть секретное оружие, продлевающее им зацикленную жизнь. Как выяснили Тейлор Липтак и Диана Омиджи, наличие текста не увеличивает шанс запуска мелодии из памяти, однако вокал напрямую влияет на длительность её звучания в нашей голове. Текст даёт подсознанию понятную вербальную опору: речевой аппарат начинает бесшумно подпевать, обновляя и закольцовывая трек снова и снова, превращая короткую вспышку памяти в бесконечный внутренний концерт.

Симфония на репите: застревает ли классика?

Стереотип о том, что ушными червями становятся только поп-хиты, разбивается о научные факты, добытые исследовательницей Келли Якубовски. Неважно, что именно звучит — бодрый K-pop, саундтрек к фильму или симфония Бетховена: если фрагмент зацепил внутренние триггеры памяти, он останется с вами надолго. Исследования показывают, что быстрый темп музыки не гарантирует застревания. Например, в экспериментах Липтак с коллегами именно медленные мелодичные фрагменты проигрывались в голове дольше. Одна из причин — эффект Зейграник (сформулирован в 1938 году): когда музыкальная фраза или классическая партия неожиданно прерывается на полуслове, мозг стремится «достроить» незавершённую форму и начинает крутить её по кругу. Оперируя терминами гештальт-психологии, это незакрытый гештальт, не дающий мозгу отвлечься. Поэтому сложная инструментальная партитура какого-нибудь классика имеет все шансы стать вашим личным долгоиграющим червём, если вы часто слушаете подобную музыку. Кстати, провести эксперимент и проверить, «застревает» ли в вашем мозге классика, можно за нашей настольной игрой «Потолкуем? Музыка» — ведь она уникальна именно тем, что во время партии игроки слышат произведения доставшихся им персонажей — великих композиторов разных эпох.

Как реагировать и как «обезвредить червя»?

Если мотив застрял в голове, не спешите раздражаться. Учёные подчёркивают: застрявший трек — это не сбой, а естественный механизм адаптации и саморегуляции психики. В исследовании Виктории Уильямсон утверждается, что мозг часто запускает внутреннюю музыку, чтобы снизить уровень стресса, удержать фокус во время монотонной работы или заполнить паузы в периоды низкой когнитивной нагрузки. Эмоциональное сопротивление лишь привлекает к феномену больше внимания. Если же мотив окончательно перестал радовать, не воюйте с ним, а лучше перехитрите фонологическую петлю. Пожуйте жвачку: как доказал Филип Биман, физическая активность челюсти блокирует субвокальную артикуляцию и мешает внутреннему подпеванию.

Порешайте словесные головоломки, почитайте книгу (или эту статью) вслух или послушайте застрявший трек от начала до конца, чтобы дать мозгу долгожданное закрытие гештальта. Воспринимайте ушного червя не как врага, а как безобидное проявление индивидуальной работы вашей памяти. Приглашаем вас в игры вселенной «Потолкуем?»: «Наука» и «Музыка» — с их помощью вы научитесь применять научный подход в необычных жизненных ситуациях и станете легко ориентироваться в мире классической музыки даже без музыкального образования.

Автор статьи: Ирина Пушкина